Год смятения

Начало книги

С нашим календарём всё было в порядке. Я так не думал, и римский народ так не думал, но Гай Юлий Цезарь так думал. Кроме того, он был диктатором, и всё. Он также был верховным понтификом, поэтому отвечал за римский календарь, и это было одним из его любимых проектов. Когда ты диктатор, ты можешь заниматься своими любимыми проектами, хобби и так далее, а если кто-то оспаривает твоё право делать это, ты можешь приказать его убить. Не то чтобы Цезарь убивал людей из-за такой мелочи. Совсем наоборот. Он прощал людей, явно заслуживавших казни, и мог бы прожить ещё много лет, если бы просто убил нескольких человек, которых я лично сказал ему, что он должен был убить или изгнать. Он этого не сделал. Эта недальновидность и привела его к гибели.

Вот это был Цезарь. Всегда готовый истребить целые народы варваров во славу Рима, или, вернее, во славу Цезаря, но всегда не желавший казнить римских граждан, даже тех, кто оказался его врагами. Вместо этого он простил тех, кто поднял на него оружие, отозвал изгнанников и даже восстановил бы честь и положение Катона, если бы тот согласился признать главенство Цезаря. Когда Катон так блистательно покончил с собой, чтобы не жить под диктатурой Цезаря, Цезарь оплакивал его, и я знаю, что его горе было искренним, а не политическим – я был там.

Читать дальше →