Избранное

Начало книги

… На белой кровати в подушках неподвижно лежит человек с очень живыми, даже веселыми глазами; он непрерывно курит свои трубки, рассыпая на снежные простыни крошки табака и пепел. Он говорит и слушает как ни в чем не бывало, а между тем вот уже много лет прикован тяжелой болезнью к постели. И хотя из окон его больничной палаты видны горы Буды и берег голубого, вернее, седого у венгерской столицы Дуная, тем не менее воображение переносится на много лет назад, в другой город и в другую квартиру, где вот так же лежал неподвижно на спине и продолжал работать человек по имени Николай Островский.

Разумеется, судьбы различных людей можно сравнивать только условно. Венгерский писатель Бела Иллеш, о котором идет здесь речь, принадлежит не столько по возрасту, сколько по своему духу, по характеру к людям племени Николая Островского. Бесспорно, что встречи с Н. Островским, знакомство с его книгами, так же как встречи с Д. Фурмановым, А. Фадеевым и другими советскими писателями в годы жизни Б. Иллеша в Москве, существенно повлияли на его писательскую и человеческую судьбу. Есть малоизвестная фотография, еще не публиковавшаяся в нашей печати: Н. Островский в длинном кожаном пальто с поднятым воротником и В. Иллеш в шубе и в брюках-гольф стоят на камнях у берега моря под Севастополем в декабре 1930 года. Н. Островский трогательно держит своего венгерского друга под руку. Эта фотография, историю возникновения которой еще предстоит раскрыть, служит наглядным подтверждением близости двух родственных душ.

Читать дальше →