Зима в Сокчхо

Начало книги

На нем было шерстяное пальто.

Он вошел, поставил чемодан на пол, снял шапку. Западные черты лица. Глаза темные. Волосы причесаны с косым пробором. Он посмотрел на меня — сквозь меня, не видя. Уныло спросил по-английски, можно ли остановиться у нас на несколько дней, пока он не подыщет себе другой отель. Я подала бланк. Он протянул мне паспорт, давая понять, что хорошо бы я заполнила бланк сама. Ян Керран, 1968 года рождения, из Гранвиля. Француз. На фотографии в паспорте он моложе и лицо не такое осунувшееся. Я дала карандаш, чтобы он поставил в бланке свою подпись; Керран достал из кармана пальто ручку. Пока я регистрировала его, он снял перчатки, положил их на стойку и стал разглядывать пыль на фигурке кошки, стоявшей на мониторе. За все время работы здесь мне впервые захотелось оправдываться. Я не виновата в том, что отель такой запущенный. Я тут всего месяц.

Здания два. В первом — администрация, кухня, гостиная и еще два этажа с номерами. Стены выкрашены в оранжевый и зеленый цвета, свет голубоватый. Старик Парк открыл отель еще в послевоенную эпоху, когда от постояльцев не было отбоя. Если день стоял ясный, в окно просматривался берег моря до самого Ульсана — город тянулся к небу, выпятив грудь, как матрона. Другое здание отеля было на одной из соседних улиц. Его подновили, придав более традиционный вид и подняв на сваях — так проще стало отапливать первый этаж, в том числе два номера на нем, ведь пол там тоньше тонкого, и если бы не сваи, в комнатах стояла бы вечная мерзлота. Во внутреннем дворике — заледеневший фонтан и каштан с голыми ветвями. Ни в одном туристическом путеводителе не упомянут отель Парка. Сюда заглядывали лишь случайные гости, которые либо слишком много выпили, либо опоздали на последний автобус.

Читать дальше →