Повесть о настоящем пиплхейте

Начало книги

Стёб заложен уже в самом названии. Оно отсылает к подвигу Алексея Маресьева, который на ножных протезах вновь научился управлять боевым самолётом. А персонажи, соответственно, ненавидят всех, кто по праву является ветераном. Получается оксюморон, который должен многое сказать догадливому читателю.

Повесть выглядит неоднозначной, потому что её не воспринимают как юмор или иронию, а на полном серьёзе считают оскорблением 'правого движения'. Оскорбление движения — это не текст про школьников, случайно прочитавших человеконенавистнический журнал, а соратник, просто так отрезающий товарищу голову и засовывающий её в морозильник. Или, скажете, не было такого? К счастью — только в прошлом.

С помощью литературного гротеска, стёба и гипербол высмеивается... те же гротеск, стёб и гиперболы, но уже мышления. Именно потому сюжет прост и незамысловат. Порой он вовсе становится плоским и предсказуемым, даже голливудским. В него не нужно верить. Не так важно, что фабула соответствовала реальности: действительно был Русский Марш с бомжами и действительно был Торвальд, которого звали Иванов.

Читать дальше →