Рубеж

Начало книги

Пока я собирался, Николай Степанович торопливо рассказывал всё, что знал об аудиенциях у императора, чтобы мне не ударить в грязь лицом. На мой взгляд, занятие бессмысленное, поскольку меня в эту самую грязь сейчас начнут макать так старательно, что вряд ли останется хотя бы одно чистое место. Что бы я ни сказал и ни сделал — всё будет воспринято в отрицательном для меня ключе. Великий князь начал обработку, княгиня Воронова добавила, князь Гуляев продолжил. А ведь наверняка были и другие не столь значимые персоны, отзывавшиеся обо мне, плохо. Были и те, кто отзывался хорошо, но они не настолько приближены к трону, чтобы к их мнению прислушались. Наверняка я выгляжу в глазах императора наглым юнцом, наживающимся на чужих несчастьях. Такую репутацию перебить будет очень и очень непросто, да еще в глазах человека, заранее настроенного против меня.

Тем не менее Николая Степановича я слушал внимательно и отмечал для себя, что если император начинает краснеть, то это означает, что ему ни в коем случае нельзя противоречить. Император этого дела очень не любит и может сорваться. Но и выслушивать покорно тоже не стоит, иначе могут навесить что-то лишнее. Что-то из того, что ни в коем случае нельзя считать княжеской обязанностью. По поводу последнего я был подготовлен: не зря же «Уложение я княжеских родах» я практически вызубрил. Итого в сухом остатке: стоит ориентироваться по месту, не слишком наглеть, но и не позволять себя прогибать.

Читать дальше →