L'una

Начало книги

Луна была богиней. И она была безликой. Боги всегда безлики, поскольку каждый видит их по-своему. Безликость тысячи лиц. Они сами не знают, какое из них настоящее. А ведь оно у них было. Настоящее лицо. Изначально. Просто они настолько вечны, и за вечность сменили такое множество лиц, что не помнят, какое было изначальным. Им нужно быть индивидуальным ликом для каждого верующего в них, чтобы поддерживать веру каждого, индивидуально, потому что только так смертных можно вдохновлять, и направлять, каждого по-своему, по потребностям. Не помнят, потому что оно им не нужно. Но, не Луне. Л уна устала от вечности. От бессмертия. Она хотела жить, по-настоящему. Не вечно. Чтобы жизнь приобрела смысл, который потерялся в вечности также как ее лицо.

Последний раз, сливаясь с общим информативным фоном Вселенной, последний раз растворяясь в нем, отыскивая нужную ей информацию: как стать смертной, Луна прощалась с привычным для нее миром. Прощалась с безопасностью, безмятежностью, бестайностью, непогрешностью и с еще многими без-, бес- и не-, определяющими божественное начало божественного существа. Потому что абсолютное знание и абсолютный опыт исключает многие составляющие жизни. Отсюда и бессмертие — исключение жизни. А она хотела жить. Настолько хотела жить, что прощание получилось неожиданно легким. Она знала что, отрываясь от общей ткани сущностей Вселенной и становясь индивидуальностью, ее будущее закроется от нее и, соответственно, откроются неизвестные ей способы миропознания, и она не знала, справится ли она с этим. Но, не чувствовала страха грядущего. Ни одна частица ее угасающей божественности не чувствовала горечи. Наоборот, ее наполнили необычно-приятные ощущения радостного предвкушения, будоражащего волнения, восторженности. И ей это нравилось.

Читать дальше →