Евангелие от потерянных

Начало книги

В последнее время всем нам не хватает любви. Не потому, что любить разучились, а потому что просто некогда — времена не те. Впрочем, времена всегда были «не те», и в своем непомерном одиночестве и тоске по любви и счастью мы, как это ни парадоксально, вовсе не одиноки. Кто-то мудрый сказал, что наши страхи — это нереализованные возможности любви; а значит любовь (хоть априори принято не давать ей определения) — это преодоленный страх, в том числе. Все страхи, как преодоленные, так и не- гнездятся в нашей памяти, и отсюда естественно вытекает: чтобы любить, нужно прежде всего помнить. Только умеем ли мы это? Мнемосина — богиня разборчивая, и драгоценный свой дар предлагает далеко не всякому. А может это нам теплые, слегка мутноватые воды Леты милее и слаще, чем хрустально-прозрачная ледяная вода ее источника? И может именно поэтому девять изысканных муз так редко посещают наши серые, пугающе похожие друг на друга жилища? Науки и искусства — не просто дети Мнемосины и Зевса, но дети нашей Памяти и Божественного начала в человеке, того самого начала, которое заставляет нас творить, чтобы напомнить о том, насколько близко мы находимся к Творцу, созданные по Его образу и подобию. Бог есть Любовь. Любое настоящее произведение искусства либо достижение человеческой мысли, выразившееся в научной формуле — это производное от соединения нашей любви и нашей памяти. И та, и другая всегда деятельны. Все сказанное выше — это даже не вступление, а, скорее, заключение, но заключение, которое будет неуместно в конце этого небольшого повествования.

Читать дальше →