Неделя с ангелицами

Начало книги

Для приезжего, не знающего, чем себя занять, хирургия Бостонской больницы имеет огромный плюс, потому что там разрешают лечь на койку еще накануне операции, а это избавляет вас от унылой необходимости слоняться по улицам. Мне велели прийти не позднее трех часов дня в четверг, хотя распроститься со средней носовой раковиной предстояло лишь на следующее утро в восемь. Так я получил целых семнадцать часов расслабленного покоя в приятной обстановке и возможность всласть подремать весь долгий вечер, чувствовать, как потеют подмышки, вытирать влажные ладони о суровое одеяло и размышлять о странной череде событий, безошибочно приведших меня к мелкому невезению, каким можно считать операцию в носу.

Особой грусти по поводу расставания с этой самой раковиной я не испытывал (напоминала она мне лишь о том, что на флоте ветер, дующий с кормы, почему-то называют "ветром с раковины"). Вообще говоря, мужчина средних лет охотно готов передать соответствующим органам власти почти любую часть своего тела. В моем возрасте все готовы ухватиться за любой случай, лишь бы от чего-то избавиться, а прожить полжизни как обладателю средней раковины не хватит для тщеславия разве что самым неуемным обожателям своей плоти. Больница была, кажется, где-то у Кембриджа, но ручаться не стану, потому что всю поездку я был подавлен, а когда я подавлен, то совсем не слежу за дорогой. Ну, всё равно, доехал я до чудного места у приветливой речки, а прямо за окном рос толщенный дуб. Палата была крохотной, но и я не шибко велик. Койка стандартная: с ручкой для подъема изголовья, подкладной клеенкой, резиновым матрацем и кнопкой для вызова. Я надеялся, что на ней будет еще и лебедь, как у лодок на пруду в парке, но и без лебедя место было самое приятное, какое только можно получить в Бостоне без ожидания.

Читать дальше →