Танец Лиса

Начало книги

Как же хороша Вариша! Кожа белая, точно первый снег, румянец — прозрачно-алый отблеск засыпающего на горизонте солнца; глаза — светлое небо, мелькающее в прорехах серых зимних туч обещанием весенней благодати; волосы чёрные, густые — точь-в-точь ветви ласковых вётел, клонящихся по берегам речки Неряди. И смех… Она часто смеётся, всегда по-разному: то зальётся колокольчиком на морозном воздухе, то тихо-тихо — как пересыпает речной жемчуг. А может и расхохотаться, поблёскивая перламутровыми зёрнышками мелких зубок, утирая выступившие слёзы и отмахиваясь: ну тебя, уморил.

Кромгалу не нужно смотреть на неё. Он знает каждый смех Варишы и слышит каждое слово; да что там слово — каждый вдох рисует её, словно следы на снегу — образ проскользнувшего тропой зверя. Кромгал сидит в своём углу, склонившись над рукавицами, и не поднимает взгляда, но все равно видит её. Стежки ложатся на разъехавшийся шов, крепкая нить стягивает дублёную кожу, а он слушает. Раз стежок — Вариша усмехнулась и притопнула ножкой, не верит россказням Лесьяра. И правильно, он тот ещё болтун. Два — фыркнула и пихнула в бок подружку, зашептала жарко ей на ухо. Они смеются, а сидящие вокруг парни ёрзают: чего это? Про кого это? И сразу смолкают задорные шутки; в избе, где сегодня собрались на вечорки, становится тихо-тихо. А Кромгал в этой тишине слышит, видит Варишу: она опускает глаза, теребит нить, на которую за весь вечер нанизала всего три бусины и вздыхает задумчиво, но глаза так и блещут из-под соболиных бровей. Кто же взрежет тишину бойким словом? Кому достанется быстрая улыбка и, быть может, ласковый взгляд?

Читать дальше →