Сто тайных чувств

Начало книги

Моя сестра Кван верит, что у нее глаза «йинь»; она якобы видит тех, кого уже нет, тех, кто сейчас пребывает в Мире Йинь, призраков, которые время от времени спускаются с облаков наведаться на ее кухоньку на Бальбоа-стрит в Сан-Франциско.

«… Либби-я! Угадай, кого я вчера видела? Угадай!»

А мне и не нужно угадывать — я и так знаю, что она говорит о ком-то, кого уже нет в живых.

На самом деле Кван мне не родная сестра, но об этом не принято распространяться. Это было бы оскорблением: будто бы она заслужила лишь пятьдесят процентов нашей любви. Но чтобы расставить все точки над «i» (с генетической точки зрения), у нас с Кван общий отец, только и всего. Она родилась в Китае. Я и мои братья, Кевин и Томми, родились в Сан-Франциско; когда-то мой отец, Джек Йи иммигрировал в Сан-Франциско и женился на маме, Луизе Кенфилд.

Мама называет себя «американской сборной солянкой, всего понемножку — белого, жареного, жирненького». Она родилась в Москоу, штат Айдахо, где с большим мастерством вращала жезлом на парадах и однажды выиграла приз на окружной ярмарке, вырастив какую-то уродливую картофелину, которая в профиль была похожа на Джимми Дюранта. Она рассказывала мне о том, как мечтала стать взрослой и совсем-совсем другой — стройной, изысканной и, конечно, знаменитой, как Луиза Райнер, получившая «Оскара» за роль О-Лан в фильме «Прекрасная Земля». Но после того, как она переехала в Сан-Франциско и стала одной из «Келли-герл», то приняла самое верное решение, выйдя замуж за папу. Мама уверена, что ее брак, выходящий за рамки «англосаксонской расы», сделал ее своего рода либералкой.

Читать дальше →