Адриан

Начало книги

Что можно сказать о своей жизни, когда тебе сто лет? Если ты человек или низший вампир, то можешь гордиться, что дотянул до такого срока, и подводить какие-то итоги, поскольку одной Вер известно, сколько ты еще протянешь. Ну а если ты архивампир, да еще правитель государства? Сто лет — совсем небольшой отрезок; можно сказать, что жизнь только начинается, и у тебя впереди еще несколько веков, за которые можно массу всего успеть. И что тут делать? Радоваться, что ты относительно молод? Или огорчаться, что все эти оставшиеся века ты точно так же будешь сидеть на троне без возможности сбросить корону и заниматься тем, что тебе по душе?

Он правил вот уже семьдесят лет и не мог сказать, что ему это совершенно не нравилось. Наоборот, он ощущал себя на своем месте, да и не мог представить себя кем-то другим — в конце концов, с детства его готовили именно к этой роли. Государственные дела, решение бесконечных проблем, постоянные интриги придворных за спиной, возникавшие время от времени заговоры держали в тонусе и всегда давали работу мозгам, и он получал удовольствие от выстраивания в уме сложных ходов и планов, которые принесли бы выгоду как Вереантеру, так и ему самому, и обезвредили бы врагов. «Иногда я сомневаюсь, что ты вообще вампир», — говорил ему отец незадолго до смерти, и на мертвое лицо словно ненадолго возвращалась жизнь — гордость, смешанная с беспокойством. — «Твои рассудочность и холодность свойственны скорее эльфам, чем нам. Впрочем, возможно, именно это Вереантеру сейчас и необходимо». Магнус Вереантерский был прав — после Кровавой войны страна действительно была в упадке, так что ей была необходима твердая рука, которая вернула бы ей былую грозность и величие.

Читать дальше →