На арене со смертью

Начало книги

Сказать, что Грандмастер Анори Хорнборин Вестри был потрясен, значит не сказать ничего. Гном застыл посреди кузницы с настолько очумелым видом, что глядя на него можно было подумать, будто вселенная перевернулась с ног на голову и все его представления о мире рухнули в одночасье. Стройная картина мирозданья дала трещину, и эта трещина становилась все шире и шире.

Я чуть не рассмеялся, глядя на впавшего в ступор оружейника. Его опешивший вид был настолько забавен, что стоявшая за моим правым плечом Елена тихонько прыснула в кулачок.

Гном на миг очнулся, схватил себя за бороду и потрясенно воскликнул:

— Единорог? Этого не может быть! Этого просто не может быть!

И вновь впал в ступор.

Упершись рукой о находившуюся рядом наковальню, я подпрыгнул и уселся на нее. Огляделся по сторонам.

Большая кузница у Мастера Вестри. Впечатляет. Не кузница даже, а целый кузнечный цех. Одних горнов только два десятка будет и каждый размером с избу. Наковален сразу и не счесть сколько. С полсотни, не меньше. А работников целая сотня наберется. Похоже, вид ошарашенного гнома позабавил не только Елену — все кузнецы и молотобойцы, бросив свои наковальни, столпились неподалеку и с любопытством пялились на своего хозяина. А посмотреть было на что — Хорнборин Вестри представлял собой наглядное воплощение застывшего изумления, недоумения и сомнения. Глядя на него сейчас и не поверишь, что это воплощение растерянности всего несколько минут назад, держа в одной руке щипцы с зажатым в них раскаленным куском металла, а в другой тяжелый молот, плющило сталь, создавая из бесформенного слитка произведение искусства. Не знаю, как Елена, а я с удовольствием наблюдал за работой Мастера. Мне совсем не жаль того получаса, что мы потратили, дожидаясь, пока он закончит.

Читать дальше →