Искры в камине

Начало книги

Но я не вписался в эту любовь.

Так, бывает, мотоциклист не вписывается в крутой вираж. И вылетает на обочину.

На следующем по расписанию уроке наш 8 «А» должна была вгонять в сон Екатерина Платоновна, и шел я в химкабинет, когда Житько вдруг резко загородил мне дорогу.

– Купи новость, Шапкин!

Он, как всегда, работал челюстями. Они у этого жвачного неутомимые. И пахло от него на сей раз мятой.

Вот знаете, есть нормальные толстяки, – и большинство их, таких, которые стесняются того, что они толстые. А Вовик Житько – наоборот, как будто кичится своей распертостью. Он уже в первом классе, когда кто-нибудь начинал цепляться – эй ты, жирный! – посильнее выпячивал пузо и надувал щеки. И что интересно, даже у самых заядлых дразнил отчего-то пропадала охота его шпынять. И они сразу переключались на стеснительных и уж этих, ранимых, доводили до слез. А Житько – ему хоть бы хны…

– Ну, берешь?

Нагло уставился на меня своими блестящими пуговками, будто желая загипнотизировать и слопать. Такая вот манера вести разговор. Не очень-то приятно, по правде говоря, когда кто-нибудь впивается плотоядным взглядом тебе в глаза и при этом жует, жует… Не по себе как-то делается, хотя и знаешь, что жует-то он всего-навсего резинку.

Читать дальше →