Пацифист. Берта

Начало книги

Ложатся краски на туго натянутый холст, и невозможно понять, почему именно здесь легла яркая киноварь, рядом с кобальтом, но глаз видит, что она на месте, в самом центре зарождающейся на холсте жизни, а дальше по спирали - мощный мазок движения, но… нет больше смысла развивать действо. Глаз не может оторваться от красного пятна в центре холста, будто это сигнал какой. А что, собственно, случилось? Почему так неспокойно на душе?

Женя вспомнил. Утром пришла бабушка-почтальон и вручила бумагу из военкомата. Заставила расписаться в получении, и он покорно расписался, измазав тетрадку грязными, в краске, пальцами. Бросил куда-то на полку книжного шкафа бумагу, не читая. И вот теперь вспыхнул неожиданно красный цвет…

Нельзя сказать, что Миляев никогда не думал об этом. Знал, что рано или поздно это произойдет. Но он просто был убежден, что к нему это не имеет ни малейшего отношения, он не создан для этого. Какая может быть служба? Кому? Зачем? Его призвание в другом, для него мир - это спектр различных цветов, расположенных в живописном беспорядке. А войны, армии, Наполеоны, победы и поражения - ведь это парадоксы жизни, гримасы здравого смысла, это нонсенс цивилизации!

Читать дальше →