Тропинки, пути, встречи

Начало книги

Один из устойчивых мотивов прозы Виктора Ивановича Мозалевского (1889–1970) — существование героя внутри неподходящей ему исторической эпохи в качестве живого анахронизма: таковы граф Константин Волковисский из «Исчезнувшей мечты», насильственно отъединившийся от тревожной обстановки начала ХХ в., или Митродо- ра, бывшая прилежная читательница «Аполлона», закапсулированная в атмосфере раннесоветской Москвы («Дуэль»). Полтора десятка его опубликованных рассказов (по сути — единственный его вещественный вклад, вобранный мировой словесностью) написаны между 1910 и 1923 гг.; следующие сорок семь лет жизни он провел в роли собственного персонажа, полностью мимикрировав под мелкого клерка и оставаясь писателем только в стенах собственной квартиры.

Набрасывая в конце 1950‑х гг. краткую автобиографию, он умещает долитературную часть своей жизни в единственный абзац: «Родился я в 1889 г. в маленьком городке Влоцлавске (Польша), в котором отец мой — врач — служил тогда на военной службе. (По национальности] — русский). В 1907 г. окончил Тифлисскую гимназию, а в 1913‑юрид[ический] факультет Москов[ского] Университета»[1]. Здесь есть вынужденное умолчание: его отец, Иван Викторович, хотя и врач по образованию (он окончил киевскую Военно — медицинскую академию), в действительности был крупным армейским чиновником, генерал — лейтенантом медицинской службы[2]. Служил в Измаиле, после был переведен в Тифлис[3], а оттуда на Дальний Восток: состоял главным врачом Заамурского окружного госпиталя и санитарным городским врачом Харбина, каковым и остался после 1917 г. Исследовал ламаизм, переведя с немецкого монографию по истории вопроса[4]; собрал значительную коллекцию восточного искусства, которую продал в Японию в 1926 г.[5]

Читать дальше →