Гримасы улицы

Начало книги

— Возьми, кусоцик, дяденька дал, — предложила трехлетняя девочка хлеб Наташе.

— Спасибо, Катюша, не хочу–сама скушай, — проглотив слюни перед корочкой белого хлеба, отказалась Наташа.

Но девочка сунула ей хлеб в подол и, плаксивым голосом протянув, обиделась.

— Я твой тозе кусаю.

— Ну, хорошо, я потом скушаю.

— А потом я исце выпласу, — настаивал ребенок.

Наташа взяла хлеб, прижала к себе девочку и, как будто кого–то боясь, съела кусочек.

— Ты, Катюша, не хочешь спать? Посмотри, как ножки твои застыли.

— Нет, я кусать хоцу, там сци кусают, — сказала девочка, вырываясь из рук Наташи.

— Хочешь, я немножко тебя погрею, а потом пойдешь.

— Нет, я кусать хоцу, — повторила девочка.

— Зачем же ты тогда отдала мне свою булку?

— Ты тозе кусать хоцес. Я исце выпласу, — уверенно заявила она и, выскользнув из рук, затерялась в толпе.

«Там сци кусают», — звенит над Наташиным ухом, и развивается аппетит. Но она пугливо бросает взгляды на окружающих, и кажется ей, как будто все заглядывают в ее глаза и чему–то смеются. Лицо ее делается лиловым и девичий стыд начинает душить ее, но она, как–то живо взмахнув головой, перебрасывается мыслями в иной мир, забывается, на лице украдкой пробегает улыбка и снова немая задумчивость начинает душить преддверием будущего. Вспыхнувшие глаза погаснут и сверкнувшая искра счастья догорит воображением. Вокзал уже полон народу, поезда прибывают, а с ними прибывает и босоногая детвора. И с улиц большого города начинают стекаться сотни разнообразных лиц, изгибаются суставчатым хвостом голов за билетными кассами.

Читать дальше →