Это цивилизация, мама!

Начало книги

Марокканский писатель Дрисс Шрайби вошел в литературу в то время, когда повсюду в Магрибе[1] вместе с антиколониальным движением шло духовное раскрепощение народов Северной Африки, возрождение их политической и культурной самостоятельности, когда впервые в литературе зазвучали голоса алжирцев, тунисцев и марокканцев. Попытки колонизаторов создать миф об отсутствии самобытной культуры Магриба, о культурной неполноценности африканцев, насильственно ассимилировать их не могли задушить волю народов к освобождению и независимости, уничтожить вековые традиции, лежащие в основе духовной жизни магрибинцев. Вот почему с таким вниманием и интересом прогрессивная читательская аудитория и критика встретили произведения североафриканцев: впервые Северная Африка получила возможность рассказать о своих проблемах, о своей борьбе пером собственных писателей.

Как и многие другие его коллеги, Д. Шрайби пишет по-французски. Этот язык был не только обязательным в годы колонизации, но и фактически единственным, открывавшим путь к современному образованию. Если учесть почти полное отсутствие арабских издательств в Северной Африке в те годы, то французский язык был для магрибинцев и единственным способом показать миру подлинную историю своих народов, их жизнь и насущные задачи. «Тот, кто воюет, — писал алжирец Катеб Ясин, — не задумывается над тем, какая у него в руках винтовка… — она служит ему в бою». Таким образом, родившаяся в процессе деколонизации и участвовавшая в нем, франкоязычная литература Магриба неотделима от истории своих народов.

Читать дальше →