Стрела в печень

Начало книги

— Анхен, завтра барон Кайзерлинг в Санкт — Петербург уезжает, — Брехт попытался поудобнее расположиться на стуле с высокой вертикальной спинкой, дохлый номер, придётся ещё и стулья изобретать. Неужели у привыкших, по слухам, к роскоши римлян не дошла мысль до полукруглых венских спинок с небольшим наклоном. В Италию нужно в музей съездить. Там война скоро начнется очередная. Чего полезное бы под шумок залучить. Иван Яковлевич мотнул головой, мысли в сторону уползли, — Как думаешь, радость моя, а не учредить ли тебе новый орден в честь Кирилла и Мефодия? Учёных награждать. Или священников, которые в чужих странах и землях будут ростки православия холить. Детей башкир там или летгалов русскому учить.

— А кто эти Кирилл и Мефодий? — императрица отпила из китайской пиалки зелёный же китайский жасминовый чай.

Брехт из памяти Бирона знал, что в Курляндии Анна Иоанновна кофий литрами глушила. А в Москве теперь только зелёный чай пьёт. То, что это она его послушалась, мол, кофий в таких количествах почечную колику точно спровоцирует, Брехт сомневался. Нет, сколько-то процентов, может, и есть, но дело в другом. Перебравшись в Измайлово, Анхен окунулась в молодость, в счастливые детские беззаботные годы. А там все пили китайский чай. Это было роскошью, доступной царской семье. Может, ещё и самые богатые купцы и бояре себе такое позволить могли. Сейчас не сильно лучше, через Тару тонкими струйками течёт тот чай из Поднебесной. Дорого. Всё на лошадях и на верблюдах. И это тысячи и тысячи километров. Как бы не все десять тысяч. Это же, наверняка, с юга Китая везут. Чай пока не районировали. Только на самых югах этот вид Камелии произрастает. И в Индии с Цейлоном ещё, наверное, и не культивируют.

Читать дальше →