Тифозный карантин

Начало книги

Человек в белом халате протянул руку, и Андреев вложил в растопыренные, розовые, вымытые пальцы с остриженными ногтями свою соленую, ломкую гимнастерку. Человек отмахнулся, затряс ладонью.

- Белья у меня нет,- сказал Андреев равнодушно.

Тогда фельдшер взял андреевскую гимнастерку обеими руками, ловким, привычным движением вывернул рукава и вгляделся...

- Есть, Лидия Ивановна. - И заорал на Андреева: - Что же ты так обовшивел, а?

Hо врачиха Лидия Ивановна не дала ему продолжать.

- Разве они виноваты? - сказала Лидия Ивановна негромко и укоризненно, подчеркивая слово "они", и взяла со стола стетоскоп.

Hа всю свою жизнь запомнил Андреев эту рыженькую Лидию Ивановну, тысячу раз благословлял ее, вспоминая всегда с нежностью и теплотой. За что? За то, что она подчеркнула слово "ОHИ" в этой фразе - единственной, которую Андреев слышал от нее. За доброе слово, сказанное вовремя. Дошли ли до нее эти благословения?

Читать дальше →