Курочка Ряба and Аленький цветочек (СИ)

Начало книги

Киря и Женечка доигрались. Начиналось всё как нельзя лучше: Женечкины родители свалили на выходные на дачу. Последствия сего легкомысленного с их стороны поступка представить легко: Ермакова-младшая села на телефон, набрала до щекотки в животе знакомый номер, и услышав в трубке любимый голос Марухина-среднего, издала призывное курлыканье:

- Кирюня, я вся такая обнажённая, ласкаю себя тёплыми струями душа и изнемогаю от желания увидеть тебя… Дома – никого до завтрашнего вечера.

Все накопленные за неделю воздержания гаплоидные носители Х- и Y-хромосом дружно замолотили хвостами и рванули в направлении Кириного мозга, заставив Марухина-среднего кубарем скатиться с дивана, надеть чистые трусы, балахон с черепами и заношенные до неопределённого цвета джинсы, сунуть в карман пачку посредственной китайской резины и мчаться на крыльях любви в соседний дом.

Пока Киря скакал стометровку до Женечкиной двери, пугая страстным воркованием дворовых кошек и мамашек с колясочками и представляя себе, как по розовому, обнажённому, со знанием дела откормленному Жениному телу стекают, слегка задерживаясь на самых возбуждающих фантазии местах, капли воды, Ермакова-младшая в замызганном халате и стоптанных плюшевых тапках торпедой носилась по квартире и пыталась замаскировать жалкое мещанское жилище под романтическое гнёздышко. За рекордно короткое время из папенькиных закромов на свет божий была извлечена бутылка «Русского размера», из маменькиных – бутылочка «Мартини бьянко» и шёлковый китайский пеньюар, на родительском траходроме были старательно взбиты подушки, с тумбочки убрана бабушкина фотография в чёрной рамочке,  а на кухне покромсана и затейливо разложена на подбитом блюдце копчёная колбаса.

Читать дальше →