1990-e годы

Начало книги

В маленькой комнате бабы Нади было душно и неприятно пахло. Её сын ушёл на работу, и сейчас она осталась дома совсем одна, а потому ей некого было попросить приоткрыть форточку и убрать зловонное судно. Самостоятельно баба Надя не вставала уже третьи, или четвёртые сутки, и видимо, конец был уже близок.

Наверное, в смерти нет ничего страшного, когда человеку восемьдесят, но умирать старухе всё равно не хотелось и даже теперь, лёжа в этой мрачной комнате, словно Владимир Ильич в мавзолее, в глубине своего, отчаянно боровшегося за жизнь, сознания, бабка надеялась, что всё же поправится и встанет на ноги вновь.

Такая надежда была более чем призрачной, и если бы она действительно оправдалась, то её лечащий врач наверняка назвал бы это чудом из чудес, коих, как известно, в жизни не бывает. Но надеяться баба Надя умела лучше всего на свете, ибо в надежде прошла вся её тяжёлая жизнь.

Пошарив сухонькой ручонкой позади подушки, старуха нащупала штепсель удлинителя, и, потянувшись немного в сторону и вверх, воткнула его в розетку. Из глубины комнаты тут же донеслись шипящие звуки, и через мгновенье, стоящий на тумбочке, телевизор озарил помещение тусклыми оттенками серого.

Читать дальше →