Скелет в шкафу

Начало книги

…Тогда не было боли… ТАМ было легко… ТАМ было спокойствие… И было знание… Без всех этих слов. И то, что он прибегал к словам, уже было дурно, уже было возвращением, а он рвался обратно – в знание без боли и муки, а они тащили его, тащили – в неподвижность, в страдание, в сутолоку слов и пронзающих воспоминаний.

– … эскулапы чертовы… Е…ые ваши души…

– … прорывается мужичок, прорывается…

– … говно вы, а не врачи… говно…

– … приплывает к родному берегу, приплывает…

– … на хер, на хер: ваш берег…

– … ну, знаешь… другого нету…

– … суки…

– … среди нас дамы, Юрай…

– … дамы-суки…

– … в этом что-то есть…

– … отпустите… сволочи… больно…

– … жить, старик, вообще больно… Выплыл – терпи…

– … сволочи…

Его трогали три разные руки. Не считая медицинских. Одна пахла сухой травой и сама была сухой. Видимо, вся изгорела изнутри и касалась его своим остаточным теплом… Под эту руку вспомнилось слово-идиот: дефицит. Он не знал, что оно означает, но и у слова был вкус остатка тепла и жизни. От этого стало беспокойно, а потом просто страшно, потому что у изгоревшей руки было и другое имя – мама. И пришло сознание, что ему нельзя уходить раньше нее. Останется он – останется и она.

Читать дальше →