У меня не было головы, а мои глаза парили в воздухе

Начало книги

Однако сейчас он был одинок, как никогда до этого… И утратил при этом свою корысть. Корысть — человеческое качество, а ведь он уже не был человеком. Ну а таким одиноким он был, потому что во всей вселенной он был единственным в своем роде.

Тирни сидел, поглощал солнечный свет и вспоминал.

Я сделал это.

После стольких лет блужданий и глотания звездной пыли, стольких лет надежды, которая никогда не угасала до конца (хотя в итоге надежду все же пришлось отринуть), я наконец находился здесь — шагал вниз по склону, шагал по своей собственной планете. Я уже установил сигнальные устройства, уведомлявшие о моем праве на преимущественную покупку, и сделал все, что необходимо было сделать для подачи заявки. И на эту планету стоило претендовать. Ведь это был не один из тех метановых миров. Никакого тебе углекислого газа, никакого «химического бульона». Это был мир с пригодным для человека воздухом и кое-чем еще, помимо скал, на что можно было поставить ногу; мир полный растений и бегущей воды и с не слишком большой поверхностью океана. И, что самое замечательное, в мире этом обнаружилась рабочая сила — туземцы, имевшие достаточно мозгов, чтобы разрабатывать (если все грамотно устроить) подобную планету. Они этого еще не знали, но у меня на них были большие планы. Чтобы заставить их работать, может потребоваться какое-то время, но я относился к тому сорту людей, которые знали, как подобного добиться.

Читать дальше →