Праздник последнего помола

Начало книги

Не спалось. Мучили предчувствия. Быть может, внезапно ожили вчерашние впечатления, запавшие в сердце во время поездки за город, в соседнее село. А может, тут были другие причины; бывает же так: ни с того ни с сего проснешься глубокой ночью и ну ворошить в душе то, что живо, памятно, и даже то, что забыто или забывается.

Я встал с постели. Взял с журнального столика карандаш: запишу, чтобы не забыть, слово — давнее-предавнее, но, кажется, уже не употребляемое — «ходовик». Им часто пользовался наш дедусь, когда уходил на ночь ловить рыбу удочкой-донкой: «Пойду, должно, на ходовик. Не ровен час, взнуздаю мордастого». Это означало, что дедусь пойдет на Днепр, куда-нибудь в Качалу, в Рилячино или даже за Складный остров, надеясь, как обычно, поймать сома.

Записал это слово, и вспомнилось еще одно, тоже наше, пореченское, старинное, — «погуковщина». У поречных жителей (наверно, древнейших из людей) оно по сю пору сохранило свое первоначальное значение; когда на дворе уже тепло, в воскресный день или в большой праздник, посылают от всех Мокловодов на берег, на гать либо к перевозу голосистую девушку (иногда и парня), и они, левобережные, гукают через Сулу, то есть кличут к себе на игрища, на гулянья живущих на другом берегу воинцовских девчат и хлопцев:

Читать дальше →