Борис и Глеб

Начало книги

У каждого человека моей судьбы хранятся в памяти встречи с людьми, чья жизнь поражает своей необычностью, с личностями яркими, оставившими в истории свой след. О некоторых я написал в те сравнительно еще недавние годы, когда казалось, что эти люди навсегда вычеркнуты из исторической памяти. И все-таки без большой уверенности я думал, что "рукописи не горят" и, может быть, написанное мною когда-нибудь увидит свет. Но жизнь оказалась гораздо неожиданнее всяких предположений, и о многих моих лагерных знакомцах можно встретить биографические справки в словарях, статьи в газетах и журналах; можно увидеть их фотографии, с трудом узнавая в молодых, сильных лицах тех приугасших, измученных людей, с которыми бывал в этапах, на пересылках, работал в лесу или в конторе. Мою память тревожит судьба двух братьев, юношей, почти мальчиков, с которыми я столкнулся в довольно тяжелый период своей лагерной жизни. Я даже фамилию их не запомнил, они прошли мимо меня какими-то тенями. Уверен, что они погибли и нет ни одного близкого им человека, который хоть когда-нибудь вспомнил бы о них. Миллионы были превращены в лагерную пыль, исчезли, не оставив после себя ни могилы, ни других материальных следов своего существования. Но там, на материке, у них находились родные и знакомые, их жизни отразились в биографиях других людей. И скольких же я знал - крестьян, священников, бухгалтеров, учителей! знал, но почти никогда не воскрешаю их в памяти. Она ведь не бездонна, просто очень глубока; и мне требуются усилия, чтобы вытащить со дна ее на поверхность лица, голоса, рассказы.

Читать дальше →