Пушкарева - «А се грехи злые, смертные…». Русская семейная и сексуальная культура. Книга 2

Начало книги

Зимой, незадолго до заговенья перед Филипповнами1, когда в деревнях кончается куделица, т. е. то время, когда бабы, девушки, девочки и даже некоторые мальчики готовят лен для пряжи: мнут, треплют и чешут его, — молодой деревенский народ ждет с нетерпением другого времени, ждет Филипповок, когда начнут в деревнях прясть. Всю осень молодцы и девушки ждут этого веселого времени, только и речи, что про заговенье. Но вот подходит желанное время. Девушки, особенно богатых родителей, спешат дошивать наряды, чтобы показаться в них на первых посиделках. Почти во всех избах происходит мытье полов, лавок: во время куделицы порядочно насело везде пыли и сору, кости-цы2, отрепья и волотков3 льна. За неделю до заговенья матери девушек-невесг сбирают подружек. Каждая мать старается звать таких девушек, которые или хороши лицом, или богаты, т. е. имеют хорошую скруту4 для того, чтобы показать молодцам-женихам, что с ее дочкой знаются красивые и богатые подружки. Поэтому они часто отправляются верст за 30 и более к своим родственникам или знакомым, зовут или чаще увозят подружек с собой. У богатого мужика живут три, четыре гостьи-девушки; и гостят они по неделе и по две, пока не кончатся в деревне посиделки. Каждая из девушек привозит с собой сундук с нарядами, с куделей5, с пряселкой6, с веретенами, и почти каждая не забывает захватить белил и мазил или настоящих румян7. Веселья, или, как чаще говорят, посиделки, продолжаются недели по две и более, смотря по тому, как богаты те, которые заводят их. Посиделки заводятся не во всех деревнях: в одном приходе — в трех или четырех местах, в других — больше или меньше, смотря по тому, как велик и богат приход. Из тех же мест прихода, где нет веселья, молодой народ собирается туда, где есть посиделки.

Читать дальше →