Дело Дантона. Сценическая хроника.

Начало книги

Улица перед лавкой булочника. На углу яркий плакат. Утренние сумерки. Каменщик, мужчина за сорок, стоит у самого входа; Шпик, мужчина неопределенного возраста, прогуливается перед дверями без видимой цели.

ШПИК (безо всякой необходимости шепотом). Видали, гражданин… плакат?

КАМЕНЩИК (громко, с неохотой). Какой еще плакат?

ШПИК. А там, на углу… Снова в ночи налепили, черт их дери!

КАМЕНЩИК. И пусть себе… мало ли их понавешали с Нового года? Эка невидаль.

ШПИК. Но, гражданин, это ж они… Это Верховный Судья!

КАМЕНЩИК. Верховный Судья! Да вот уж неделя, как от Верховного Судьи только дымок остался. То-то они целовали друг дружку.

ШПИК. А он опять тут как тут! Смотри, гражданин: Верховный Судья тебе не абы кто! (Еще тише.) Вам вот заливают, что это-де не кто иной, как Паш…[1] Добрейший Паш! Молокосос Паш! А я вам говорю, пусть…

КАМЕНЩИК. Заткнешься ты уже со своим Верховным Судьей? Мне-то что за дело, Паш там или не Паш выставляется дураком набитым?

Читать дальше →