Рублев

Начало книги

Монастырь. Келья. Острые запахи рыбьего клея и олифы.

Перед законченной иконой — человек в черном облачении.

Икона видна хорошо: рисунок строг и точен, краски положены жидкими слоями «в приплеск», одна на другую, тени санкиря дымчато-зелены, вохрение неповторимо нежно.

Кажется, икона излучает мягкий колеблющийся свет. Но лицо мастера отвернуто.

Отвернуто вот уже шестьсот лет.

Мы шестьсот лет обречены видеть только монастырскую келью, удивительные творения легендарной кисти и ничего больше.

Жизнь художника-гения, не знавшего себе равных среди современников, почти неизвестна.

Имена Фра-Анжелико, Джотто, Рафаэля говорят нам несравненно больше, чем простое русское имя — Андрей Рублев.

Загадочная судьба!

Его близко знают, его талант высоко ценят летописцы, зодчие, государственные деятели эпохи.

Города стремятся залучить его для росписи лучших храмов. Летописцы называют «мудрым» и «чудным». Поражаясь той душевной щедрости, той доброте и любви, тому уважению к людям, которые водят кистью художника, они с наивной искренностью переносят восхищение силой человека-творца на его произведения, благоговейно считая написанные им иконы чудотворными.

Читать дальше →