Что ты наделал, Митя!

Начало книги

Рыба смотрела из воды на сушу. Это была молодая особь, ещё вчера малёк. Сквозь преломление водной глади не было видно почти ничего, кроме размытой бежевого цвета кромки берега. Рыба грудными плавниками едва касалась дна и не двигалась — только хвост изредка покачивался, балансируя в переменчивых токах течения. В то же время в голове рыбы безостановочно работало сознание Мити. Митя думал как рыба, видел как рыба, ощущал как рыба — Митя, по сути, в данный момент и представлял собой древнюю кистепёрую рыбу. И одновременно он всё же был человеком. («Нобелевка! Это попахивает Нобелевкой!») В мозгу рыбы слово «Нобелевка», конечно, прозвучать никак не могло, ибо крошечный сгусток нервной ткани в рыбьей черепной коробке и близко не был развит до языка. Но настоящее человеческое тело Мити тоже существовало — только не здесь, а там, в другой реальности, в другой вселенной. И то тело использовало мозг хомо сапиенс сапиенс. Тот мозг имел способность думать по-человечески, отражать действительность рыбы и запоминать её с помощью сигналов языка человека. А между двумя вселенными была наведена сложнейшая связь из нейронных сетей и молекулярных белковых соединений.

Читать дальше →