Оптимистическая трагедия одиночества

Начало книги

Если не вдаваться в глубины научной интерпретации понятий, то такие слова, как «самость», «субъективность», «внутренний мир» выглядят тождественными, по крайней мере, они обозначают нечто такое, что находится внутри человека, внутри его закрытого для посторонних глаз интимного духовного мира. Это закрытое для других пространство является самым важным и хрупким «существом» для любого человека. Важным потому, что именно с ним мы проводим всю свою жизнь. С кем, как не с самими собой, мы чаще всего разговариваем, грустим, радуемся, даже поем в душе? Нам хорошо вместе с «I» and «Myself»! Значительно реже мы общаемся с другими людьми даже в трудовом процессе, называемом «духовное производство», пытаемся максимально выразить именно его – свой внутренний мир. В идеале нам бы хотелось, чтобы весь внешний мир был укутан нашим собственным «покрывалом». Тогда сбылись бы все великие мечты – от «сверхчеловека» до «идеального государства». Такова значимость «Я» для нормального западного человека, привыкшего к индивидуализму, «вере в себя» или, в крайнем случае, в «Сына Человеческого», и готового за «свое» или «своих» и горы свернуть, и веру сменить, и жизнь отдать.

Читать дальше →