Речка за моим окном

Начало книги

− Да, Поэт, ты много выше, чем полагают иные из тех, кому ты читал свои опыты, в коих пером и чернилами пытался изобразить на бумаге внутреннюю музыку. В опытах этих ты ещё немного успел. И всё же ты сделал хороший набросок в историческом роде, когда с прагматическою широтой и скрупулёзностью записал рассказ о любви Соловья к Пурпурной Розе − истинное событие, свидетелем которого я был. Великолепная работа!

Проспер Альпанус умолк. А Бальтазар смотрел на него изумлённо, широко раскрытыми глазами; он и не знал, что и ответить на такое, ведь стихотворение, которое он считал самым фантастическим из всего написанного им прежде, Проспер объявил опытом в историческом духе.

Э. Т. А. Гофман. Крошка Цахес по прозванию Циннобер.

Автор(принюхиваясь). Нет, это уже чёрт знает, что такое! То ли изоляция где-то подгорела, то ли на кухне что-то случилось…

Автор спешит к двери. Но в этом нет необходимости − дверь сама разверзается, и спустя несколько таинственных, мистических и напряжённых секунд на пороге кабинета появляется некий чопорного вида господин, одетый во всё чёрное. С чёрными усами, чёрною бородкою и чёрным же портфелем.

Читать дальше →