Семь Я Инны Игнатовой

Начало книги

Впервые Инна Игнатова встретилась с собой, когда ей было то ли пять, то ли шесть лет. Может быть, и четыре, точно она не помнила. Дело в том, что это произошло летом. На лето мама Инны всегда отправляла ее с тетей на дачу далеко на Карельский перешеек, почти у самой финской границы, в край клюквенных болот, маленьких озер с торфяной водой, от которой кожа купальщиков покрывалась скользким налетом («Это очень полезно», – говорила тетя), в край тонких кривых берез, сосен и елей, каждая из которых смотрелась королевой. Если ель росла на солнечном месте – на краю дороги или на невысоком холме, то у ног ее кишела куча «деток» – молоденьких елочек, с нежно-колкой хвоей. «Ни одна не вырастет, – говорила тетя. – Задушат друг друга, вот увидишь». Но увидеть Инна не успела бы при всем желании. Человеческой жизни на это не хватило бы.

Тетя, а с ней и Инна приезжали на дачу в начале июня, когда в доме пахло затхлостью и сыростью, а в лесу – обманно грибами, когда было еще холодно и по утрам случались заморозки. Потом был июль – месяц знойный («Наконец-то косточки распарит», – говорила тетя), месяц купаний и созревшей в саду малины, месяц страшных гроз и приятной прохлады, свежего острого запаха после дождя. Потом начинался август – месяц первых желтых, уставших от зноя листьев, месяц походов за грибами в лес и на болото за клюквой, месяц долгих скучных дождей, высокого ясного неба, ставшего как-то насыщенней и синей, чем в начале лета, потерявшего мягкую наивную голубизну. И также – месяц высокого черного неба с мириадами холодных звездных глаз.

Читать дальше →