«Скотный двор» Джорджа Оруэлла

Начало книги

Один критик заметил, что Джордж Оруэлл сочувственно писал о людях только тогда, когда смотрел на них как на животных[1]. Истинность этого утверждения можно проверить, сравнив «Скотный двор» с «1984»: Наполеон (Сталин) предпочтительнее мучителя О’Брайена, возможно потому, что даже к борову с кнутом Оруэлл относится более терпимо, чем к человеку с садистскими наклонностями. Бедный Боксёр, рабочий конь, преданный мученической смерти, безусловно, более симпатичен, чем Уинстон Смит, а кокетливая кобыла Молли более обаятельна, чем бедная Джулия. Неприязнь Оруэлла к людям напоминает о подобной неприязни гораздо большего морального сатирика Джонатана Свифта. Каждый из них любил отдельных людей, презирая человечество в целом. Какими бы ни были эстетические недостатки «Скотного двора», мне эта книга нравится больше, чем «1984», прежде всего потому, что в ней есть несколько животных, с которыми мы можем себя отождествить. Даже Бенджамин, сварливый старый осёл, молчаливый, циничный и неспособный смеяться, всё же становится нам в какой-то степени дорог, в основном благодаря своей преданности героическому Боксёру. Кажется, я вообще предпочитаю Снежка (Троцкого) любому из «1984», потому что он хотя бы живой и изобретательный.

Читать дальше →