Шесть дней из жизни следователя

Начало книги

В кузове трехтонки нас двое — я и старик. Мы сидим, прижавшись спинами к кабине. Брезент у нас на двоих. Я замечаю: старик хитрит — нет-нет да и потянет осторожненько брезент на себя, все норовит укрыть ноги пониже колен. Я не в обиде, пусть тянет, только бы оставил для спины: ветер-то вон как свищет.

Трехтонку подбрасывает на ухабах, мы скользим то в одну, то в другую сторону. Старик, охая, бормочет: «Сатана, ну, сатана!» — и я не пойму, кого он клянет: шофера, что так безалаберно ведет машину, или бабу, что расселась в кабине.

Там, на развилке, «голосовал» старик, и ему по всем статьям полагалось место в кабине затормозившего возле нас грузовика, но он чего-то замешкался: или оклунок был дюже тяжел, или понадеялся на порядочность попутчиков, — не знаю, а только женщина опередила его. Укрывшись за дверкой кабины, она спокойно смотрела на него сквозь стекло, а шофер раскатисто хохотал.

Старик зло сплюнул и, крикнув мне: «Парень, подсоби», полез в кузов. Теперь вот трясется рядом со мной, чертыхается, с опаской посматривает на оклунок, который скользит по кузову, да воровато тянет к себе брезент.

Читать дальше →