Хорошая жизнь

Начало книги

Хорошая жизнь, хорошая, приговариваю, подстригая волосы на Верином лобке. Мои тридцать два года, ее сорок шесть лет, ванная комната, станок для бритья, пена, расческа, ножницы. Смущение Веры, моя радость. Седые лобковые волосы падают осенними листьями. Стригу лобковые листья, брею половые губы, нажав пальцем на клитор, безопасно, приятно. Вера удивляется, мне радостно. В состоянии любви, в ожидании ночи орудую бритвой и ножницами. Легкий старт, легкое развитие, высокие отношения на скрипучем диване. Легкий секс, новый секс, старый секс, казалось, мы резиновые, нас можно тянуть, из нас тянуть, не закончимся. Не закончится душное лето, руки будут болеть, губы пересыхать, возбуждение длиться, наше безумие не закончится. В те в дни очень хотелось знать, что произойдет дальше, сейчас я не хочу знать, что происходило тогда.

Душечка, мы здесь теперь только бедствуем. Не представляем себя, стремимся стать сложными, трехмерными, содержать много уровней или иметь двойное дно. Мне не понять тебя, даже если мы одной стихии, структуры, формы. Ты самолет из бумаги, я самолет из бумаги, наши крылья соприкасаются, дальше изгиб, бумажная гармошка, как можно прочесть меж изгибов, душечка. Будь ты ровным листом, будь я ровным листом, мы бы чувствовали возмущение поверхностью, видели бы написанное ясно. Не чувствуем, не видим, оригами портит нас. Летали журавлями, самолетами, распускались цветами в клеточку, лежали на почте конвертами, прятались фигурами в фигурах, не стали никому ближе, себе интересней. Скомканные, вспоминаем, как появились изгибы, как мы менялись. Начни меня выправлять, разглаживать, помоги мне стать плоской, не могу больше складываться. Сотри с меня цифры, я не бланк отчетности. Внуши мне родиться завтра, дай мне новое имя, не лги, не говори правду.

Читать дальше →