Лунное затмение

Начало книги

Посыпалась труха откуда-то сверху, потому что завели мотор на реке, и все задрожало. Задребезжало на пожарном щите ведро, консервная банка съехала на край доски. И снова сделалось тихо. Солнце уже садится. Скоро стемнеет.

— Это Заболоцкий, — говорю я.

Я стряхиваю с коленей древесную стружку.

— Угу, — отвечает Алина.

Без гаечного ключа прикрутить педаль не так-то просто. Когда проезжали пилораму, педаль опять соскочила, — Алина чуть не упала. Контргайка потеряна, у конусной гайки повреждена резьба. Я прикручиваю. Алина — она любит эксцентрические жесты — находит удобным лежать спиной на куче опилок.

— Что же вы там наструктурировали? Папа просто в восторге.

— Стихотворного текста анализ, Алина. Аллитерация.

Или:

«саду и думает», «в другом углу».

Дмитрий Дмитриевич. (Стеганый ватный халат, присланный из Байрам-Али, шлепанцы, тюбетейка, очки на кончике носа.)

Моя стиховедческая работа произвела впечатление. Особенно последняя страница — про Циолковского. Дмитрий Дмитриевич оценил. Он любит парадоксальные параллели. Помнится, у Ахматовой: «три „к“ выражают замешательство автора»; так вот: он чуток к космизму. Но я не испытываю замешательства. Пока мы ездим за молоком, Дмитрий Дмитриевич готовит сырники.

Читать дальше →