Начало беды

Начало книги

Мертвая земля шелестела под ногами. С хрустом рассыпались в серую ядовитую пыль квадратики потрескавшейся почвы. Даже небо было безжизненным в своей немыслимой выси: белесо-голубое, как обнаженное лезвие холодной, не знающей пощады стали.

Мертвая пустыня давила. Одиноко и страшно в стерильном мире, на ровной, как стекло, земле, под нещадным небом. Молния ударит — и то не спрячешься: хоть ляг, а все равно ты выше всего, что тут есть. На сотни верст ни души, ни зверя, ни птицы, ни насекомого.

Анатолий Кичинский трудно выхаркивал пыль и песок, с отвращением глядя на черные комочки густой слюны, но ветер снова забивал в пересохшую глотку черный песок, хлестал колючими струями. Песчинки впивались в кожу, как микрометеориты. В глазах от сухости резало так, что размыкать одеревеневшие веки было больно. Распухший язык ворочался со скрипом, царапал ожестяневшие пересохшие стенки, а песок трещал на зубах так, что кожа вздувалась пупырышками.

Читать дальше →