Судьба

Начало книги

Когда я думаю о Ксении Некрасовой, я думаю об истинной поэзии. Ибо Некрасова — истинный поэт. Мир ее стихов полон красок, солнца, аромата трав и цветов, Я понял это еще тогда, когда редактировал первый сборник ее стихотворений и пробивал ему дорогу в издательстве. Теперь это понимают многие, и это отрадно. Верных и бескорыстных друзей у поэтессы становится все больше и больше. Ветер будущего все сильнее бьет в ее паруса.

Степан ЩИПАЧЕВ

К стихам ее подходили осторожно: смущало отсутствие рифмы, обычных размеров… Печатали ее редко. Но она между тем продолжала писать. По-прежнему свободным, белым стихом, обозревая Вселенную с ее радостями и трагедиями.

Белый стих Ксении особый: с живой ритмической игрой, точно стелется снежной дорожкой, а внезапные подрифмовки, словно бубенчики на санном пути, звенят.

Тут следует хотя бы вскользь воспроизвести записки Ксении Некрасовой, найденные мною, в которых она размышляет о нерифмованном стихе: «…былины о богатырях устно передавались в народе из поколения в поколение белым стихом. А странники молитвы, и сказания, и сказки, и акафисты сказывали на Руси тоже белым, стихом.». И еще вот что — очень удивительное — приметила Некрасова: «А если послушать, как разговаривают или письма пишут русские люди, так целые куски речи или письма можно без поправления вставить в главы поэм»… Уместно здесь для примера привести письмо самой Ксении Александровны: «…милый, нежный и недосягаемый друг мой, а ты бы дал мне весточку, возвращается ли мысль твоя ко мне — когда ты оставляешь работу и остаешься совершенно один».

Читать дальше →