Проданная в Обитель. Хозяйка соляной лавки

Начало книги

— Госпожа велела передать: тянуть больше нельзя.

Голос у человека в дверях ровный, будто он про погоду. Двое за его спиной молчат, стоят между мной и выходом, и один держит руку у пояса, где под плащом угадывается что-то потяжелее кошелька. Я не встаю из-за прилавка. Здесь спокойнее — я знаю каждый ящик, знаю, что во втором снизу лежит нож для бечёвки. Против троих он не поможет, но считать варианты я всё равно не перестаю. Привычка, которую из меня уже не вытравить.

— Кто велел и что передать. По порядку.

— Госпожа Северина. — Старший делает шаг, и половица под сапогом скрипит той самой нотой, что я слышу по тридцать раз на дню. — Карета во дворе, вещи собраны. Вам пора отдохнуть, Талия Ансельмовна.

Отдохнуть. Хорошее слово, гладкое. За последний год в нашем доме оно стало значить только одно. Год назад «поправить душу» уехала тётка из Севериной родни — та, у которой некстати завелась лишняя мельница. Следом собралась вдова суконщика через два ряда от нас. Обратно не вернулась ни одна, и про них теперь даже не вспоминают, будто их и не было. А мельница работает. И лавка суконщика торгует.

Читать дальше →