Тейяра

Начало книги

Датчики показывали, что уровень сигнал превысил сто двадцать децибел. Видеокамеры следили за корчившимся на полу телом обнаженного мужчины. Он беспомощно пытался закрыть уши руками. Техник, наблюдавший за ним с экрана монитора, по-садистски усмехнулся.

– Я ставлю двести поинтов, что он не дойдет и до четвертой комнаты.

Сидящий рядом с ним Палач удивленно округлил глаза. Двести поинтов – почти месячный заработок Техника. На любой планете, входившей в Сеть Техно-Империи, такая сумма позволяла прокормить целую семью. Палач протянул руку.

– Ну что ж, поспорим.

– Ты проиграешь,- лицо Техника преисполнилось почти блаженным удовольствием.- Отсюда еще никто не убегал… Живым,- и он улыбнулся вновь.

Звуковая амплитуда почти достигла критической точки – сто двадцать восемь децибел.

Я мог кричать, а мог и не кричать. По сравнению с тем, что творилось в камере эскейп-колодца, мой голос был комариным писком. Барабанные перепонки сотрясала такая звуковая мощь, что они уже дребезжали, как мне казалось, почти вне ушей, как дряхлая мембрана старинного звукоприемника. В детстве мы портили соник-усилители в колледже – ставишь микрофон перед усилителем, звонко бросаешь монету перед ним и с каждым мгновеньем усиляющийся звук разносит мембрану вдребезги. Нечто подобное творилось и сейчас – когда сигнал достиг мощности девяноста децибел, я упал на колени, а когда перевалил за сотню, я ничком грохнулся на холодный цефлопласт пола. На стене я видел светящийся датчик, который показывал, что громадный камертон, пытается мощью в сто двадцать децибел сломать мне уши. Хотя на самом деле камеру заливал ослепляюще белый свет, я уже не различал его от изнеможения. Поток слез из моих глаз уже давно превратился в водопад. Зубы сотрясала огромная ломящая боль, все тело вибрировало, разрываясь на кусочки.

Читать дальше →