Снежная дорога

Начало книги

Мать, в свитере с обтрепанным воротником и полосатом переднике, выводит из заснеженной конюшни лошадей. Годы согнули ее спину, и эта работа ей не по силам. Дойдя до угла – поводья провисли почти до земли, – она останавливается и, похлопав лошадь по брюху, привязывает ее к коновязи; тяжело дыша, подолгу смотрит в небо.

Обнаженные лиственницы почти вплотную подступают к конюшне и стоящему рядом дому. Солнечные лучи недолгим дождем льются сквозь ветви. В три часа солнце уйдет. Лошадей обычно выводят до полудня.

Лошадь дурит: вздрагивает всем телом, фыркает, мотает головой. Бродит из стороны в сторону, на всю длину свободно висящих поводьев, роет снег передними копытами. Сыплет коричневые яблоки.

Отца схоронили седьмого января. Прошлой зимой лошадей выводил он сам, один. Привязав всех пятерых на дворе, перетряхивал соломенные подстилки в денниках, мыл кормушки. Последний раз я видел его, когда он расчищал копыто старушке гнедой. Скорчившись у лошади под брюхом, он положил ее ногу на согнутое колено и, бережно держа на весу копыто, постукивал по нему бамбуковым скребочком. В больницу Уэда отец лег в конце осени, а третьего января скончался. Похороны состоялись седьмого. В городе говорили – умер от рака легких. С той поры лошадей выводит мать. Вскоре вернулась и дочь. Она училась на курсах в Токио, но мать вызвала ее домой. В феврале маленькая, с точеным личиком девушка уже трудилась не покладая рук. Поверх старенького свитера – фартук, талия перетянута шнурком. Выведя лошадь, она, как и мать, привязывает ее за недоуздок к соседней, чуть поодаль, коновязи. Может быть, оттого, что все это она видела с детства, получается ловко. Привязала лошадь – и назад, на конюшню.

Читать дальше →