Коготок увяз

Начало книги

Нет больше наборного цеха. Целый мир ушёл — и теперь уже не вернётся. За каких-нибудь несколько лет вымерли членистоногие, голенастые линотипы, а с ними за компанию — угрюмый матричный пресс и тискальные станки, канула в вечность архаичная, чуть ли не Гутенбергом придуманная терминология, выветрился прошибающий ознобом запах мазилки (адской смеси нашатыря с керосином и ещё с чем-то маслянисто-белым), — единственного вещества, способного смыть типографскую краску с ладоней.

Газету теперь делают на компьютерах. Вся типография съёжилась до размеров системного блока. Нет, я понимаю: так, конечно, опрятнее, тише, современнее, но… Не то. Совсем не то. Таинственность ушла, эзотерика. А компьютер… Ну что такое по нашим временам компьютер? Так… Нормальный электробытовой прибор.

Где вы, гранки, талеры, шило метранпажа, стальное сияние строкомера, таинственная должность выпускающего?..

— Это вроде швейцара что-то? — недоумённо переспросил один мой знакомый, узнав, кем я теперь работаю (давно, году этак в восемьдесят первом). Впрочем, тут же сообразил, что нанёс мне смертельную обиду и счёл нужным оправдаться: — Ну, я не знаю, может, у вас там организация большая: один швейцар — впускает, другой — выпускает…

Читать дальше →