Третья линия

Начало книги

— Тревога! Тревога! К оружию! — крик протяжный и уныло неубедительный, тем не менее, не позволяющий отвернуться и уснуть, забыв о нём, не обратив на дурной вопль внимания.

Зимней, да и осенней ночью в городе тихо. Случайная машина просверлит фарами темноту, уличные фонари не светят, а словно разливают по асфальту застывший холодец. Подвыпившие компании предпочитают веселиться в тепле. Осенью и зимой криков со двора не услышишь, разве что всерьёз припёрло кричащего. Раз в жизни Виктор Аркадьевич слышал орёж, прорезавший морозный воздух: «Женщины! — отчаянно неслось со двора, — вы тут спите, а моя Валя рожает!»

Такое бывает редко и никто на такой крик наряд полиции не вызовет.

А вот летом и майской весной со двора такое доносится, что хоть уши ватой закладывай.

Виктор Аркадьевич поднялся с жаркой постели, вышел на балкон. Одинокая субтильная фигура выплясывала посреди двора, взывая к спящим. Вроде бы не пацан, но и до взрослого парня не дотягивает… сплошное недоразумение, что есть сил, будило город: «Тревога! К оружию граждане!»

Читать дальше →