Московский гость

Начало книги

Солнце восходит и заходит, человек рождается и умирает, а Григорий Чудов, путешествующий малый тридцати пяти лет от роду, ненароком забрел на окраину непостижимости и словно еще раз вышел из материнской утробы, удивляясь внезапному непостоянству законов бытия. Впрочем, он и сам не ведал, что и как с ним сделалось. Очень важный момент: с этим человеком, Григорием, что-то происходило, и он совершал некие действия, а сознание происходящего с ним и даже им самим совершаемого напрочь отсутствовало. Сознания не было.

Попытайся кто точно описать случившееся с Григорием Чудовым, породила бы эта попытка одну лишь скудную несостоятельность. Разумение и достойнейшего из нас, да и то сказать, самое пылкое воображение, пасуют, когда заходящее солнце бьет совсем не в ту сторону мимо горизонта, умерший, крепко держа голову, становится вверх ногами на крышке своего гроба, а такой человек, как прежде ничем дивным и выходящим из ряда вон не баловавший Григорий Чудов, не то рождается вторично, не то в натужном сне видит себя вне образа и подобия Божьего. Как все это растолкуешь? Может быть, в то мгновение, когда его тяжело накрыла волна великого безмолвия, Григорий стал не существеннее мухи, а подобные вещи в человеке, как мы его себе представляем, едва ли поддаются объяснению.

Читать дальше →