2017. В терновом венце революций

Начало книги

Ну что, марш памяти Бориса Немцова в Москве состоялся. По данным ГУВД, явились 7,5 тысячи участников, по «белому счетчику» – 24 тысячи человек. И по-любому это неплохой результат.

Вообще-то успешность акций следует оценивать не по количеству «выведенных» на акцию голов, но по другому параметру. Насколько ярко прозвучала акция. Вызвала ли она изменения в стране. В свое время нацболы Громов, Тишин со товарищи (судили семерых), захватившие кабинет Зурабова по поводу монетизации льгот, прозвучали сильнее, чем многотысячные демонстрации. После акции прямого действия нацболов в кабинете Зурабова страна отказалась подчиниться монетизации. В результате монетизацию тогда отменили. Хорошо выполненная акция прямого действия зачастую приносит больше эффекта, чем потоки людей, залившие площади города.

Нельзя использовать мертвых в политических целях? А почему нельзя? Все можно. Размахивая трупом, как флагом. Уже ведь пытались размахивать и Старовойтовой, и Политковской. Но долговечности не хватило – может быть, потому, что женщины? Изначально слово «некрофилия» значило любовь к неодушевленным предметам вообще. И только позднее превратилось в обозначение сексуального извращения. Немцовомания – это политическое извращение. То, что российская буржуазия носится с трупом Немцова уже второй год, – это потому что сильнее оружия у них нет.

Читать дальше →