Птицы ночные

Начало книги

Это была не совсем заурядная компания: художник, кладбищенский сторож и конторщик. Сторожу шел семидесятый год, художнику было за сорок, а конторщику тридцать с лишним.

Всех троих соединяла как будто любовь к выпивке, и они сами так думали; на самом же деле, друзьями их сделало презрение к людям и политике.

Художник еще носил офицерскую форму и высокие хорошие желтые сапоги. Его красивая голова сидела на тонкой шее и во время разговора поворачивалась то вправо, то влево, точно у бекаса, который не видит, но слышит приближение того, кто его убьет.

Сторож ходил совсем без сапог, в белой невышитой сорочке, засунутой в широкие штаны с единственной медной пуговицей на животе. Крючковатым носом и круглыми немигающими глазами он напоминал старого облезлого орла, уже много лет не подымавшегося к небу, глядящего с одинаковым презрением на всех проходящих и любопытствующих.

Конторщик всегда являлся в серой пиджачной паре, в левой руке он часто держал кулек с бутылками, а правой поглаживал свои усы, самые большие и самые красивые во всем городе. Поставив бутылки на землю, он вдруг взмахивал своими чересчур длинными руками, как будто собираясь лететь. Благодаря этим усам, некая девица Мария Александровна с чудными бровями, пылкая, но робкая на людях, влюбилась в конторщика; своим грустным, много говорившим взглядом и ласковым голосом она иногда напоминала горлинку.

Читать дальше →