Рассказы колхозника Барабанова

Начало книги

...Начну рассказывать, а по деревне – комментарий: ну, говорят, опять загремел Барабан! А ведь не со зла говорят, а, считай, любовно, по-соседски, по-земляцки.  А не рассказывать – не могу. Мертвый, наверно, и то расскажу, как это оно хорошо на лавке лежать, когда по тебе полсвета голосит. Ну-ну, не полсвета, полдеревни: дети, внуки, правнуки... И друзья фронтовые да трудовые. Вот ты, Федот, будешь по мне голосить? Не мотай головой, будешь. Ведь я по тебе буду, если ты вперед ногами поедешь в последний путь.  Вот сейчас домечем, что бабы в валки нагребли, потом я вам, люди вы мои, расскажу о чем хошь. О войне да про окопы, о жене да о любови. Страсть хочу рассказывать, а страсть – она, это самое...  Поднимайсь, метать сено надо, а то вон, гляди, тучка заходит!.. Вечерний дождь – на всю ночь...

...Небо – дело наживное. Его тоже приобрести надо...  Что такое страсть? Это такая штука, которой при случае окно не заткнешь. А если и заткнешь, то сквозить будет. Нет, не заткнешь.  Страсть – это такой гроб с музыкой. Белая горячка. Одни страсти-ужасти к женщине бывают, другие к почтовым маркам, третьи – к тем и другим да еще и к собакам охотничьим.  Вот, кажется, какая может быть страсть к бабочкам? Ну, я понимаю, к бабам это можно, а к бабочкам и личинкам?.. А ведь собирают люди. Скоро дело дойдет до вшей, вот тогда и пожалеешь, что в окопах мало сидели. Окопная вошь, она самая сытая, дебелая, если портрет ее срисовать, то получится такая блондинка в буклях. Глазками морг-морг, ножками – стук-стук... Посмотришь на данный портрет, да и жалко такую кралю своим грязным пузом угощать. При случае помоешься, пропаришься в бане... Тело такое горячее, ешь – не хочу!.. Глядь, а твоя блондинка и исчезла.  Сам себя на крокодиловой жалости ловлю.

Читать дальше →