Стрелков и другие

Начало книги

Стрелков никогда не был героем. Он им стать не мог по определению. Просто потому, что был слеплен из другого теста. Может быть, и не из самого худшего, но другого

Офицер может получить назначение в военную часть, находящуюся в эпицентре боевых действий. Значит ли это, что по факту этого назначения офицер стал героем? Нет, потому что, даже попав в эпицентр боевых действий, он может повести себя по-разному. И для того, чтобы он повел себя как герой, в его человеческом естестве должно быть нечто, позволяющее ему совершить подвиг. Да, назначение в часть, находящуюся в эпицентре боевых действий, создало особую ситуацию, то бишь место для подвига, который офицер может совершить. А может и не совершить. Место задано назначением, а будет ли подвиг — зависит только от самого офицера.

Назначение, повторяю, создает возможности для проявления определенных качеств. Но качества эти не вручаются вместе с назначением. Эти качества должны быть до и независимо от назначения. Понимаете, они должны быть у назначенного, а не у того, кто назначил. Родился ли человек с определенными задатками или эти задатки были в нем воспитаны, или же воспитание позволило дооформить имевшиеся задатки — в любом случае те качества, которые позволяют ему быть героем, принадлежат ему лично. И никакого отношения к тем, кто его назначил, по определению не имеют. Иметь к ним отношение могут его родители, его друзья, его культура, родная земля и, прежде всего, его собственное естество. Натура героя. Будучи по натуре героем, человек и без назначения это свое естество реализует. С большими или меньшими затруднениями.

Читать дальше →