Агроном. Путь друида

Начало книги

Я полюбила землю раньше, чем научилась читать. Это не метафора. Мне было года четыре, когда бабушка впервые взяла меня с собой в огород — был конец апреля, земля только оттаяла, и воздух пах талой водой, мокрой корой и чем-то неуловимо сладким, то ли прошлогодней прелой листвой, то ли первыми проснувшимися почками на смородине. Бабушка шла по грядкам босиком, и её ступни, широкие, с натруженными венами, уверенно впечатывались в рыхлую почву. Я, глядя на неё, тоже стащила сандалии. Земля оказалась холодной, как речная вода в мае, — я взвизгнула, но сандалии не надела. Холод был живой, щекочущий пятки, и под пальцами почва мягко проминалась, оставляя маленькие, совсем неглубокие следы. «Она мне сама говорит, когда готова, — сказала бабушка, наклоняясь и зачерпывая горсть земли. Она поднесла её к лицу, помяла в пальцах, шумно втянула носом. — Чуешь, Вера? Уже дышит. Уже проснулась». Я честно втянула воздух, но учуяла только холод и сырость. Однако момент врезался в память на всю жизнь: бабушкины руки в тёмных венах, горсть влажной, рассыпчатой земли, и её голос — тихий и уверенный, как молитва. Она разговаривала с землёй, и земля ей отвечала — не словами, конечно, а урожаями, всходами, перцами размером с ладонь и помидорами, которые соседки просили «хоть один на семена». Я хотела научиться так же. В школе мне повезло с учительницей биологии. Нина Павловна была из той породы людей, которые не просто преподают предмет, а живут им. В её кабинете пахло формалином и сухим сеном, на всех подоконниках стояли горшки с растениями, а на стене висел гербарий местных трав, собранный ещё до моего рождения. Она заметила мой интерес раньше, чем я сама сумела его сформулировать.

Читать дальше →