Перекресток

Начало книги

Среди зимы, в самый страшный мороз, в сени к Терку Неуковыре ввалился, громыхая железом, огромный эннарец. Оказавшись в тепле, он выкатил глаза, захрипел и упал, прижимая руки к груди. Сначала на колени — мы думали, дальше он ухнет лицом вниз, и расступились, — но он страшным усилием завалился на бок. Голова его в рогатом шлеме громко бухнула в дощатый пол. Но сверток, прижатый к груди, эннарец так и не выпустил.

Некоторое время мы молчали, не зная, что предпринять. Неуковыра перехватил веник на длинной ручке — он как раз сметал сор, который нанесли на ногах посетители, — и осторожно потыкал эннарца в бок. Тот не пошевелился.

И тут всех растолкала Хальма.

— Не видите, что ли! — завопила она своим детским голоском, почему-то прозвучавшим тяжело и веско. — Вояка помер, надо осмотреть малого!

— К-какого малого? — пробормотал Неуковыра.

А Хальма уже отцепляет пальцы эннарца от мехового кулька, поднимает его с какой-то врожденной женской нежностью, кладет на стол, небрежно сдвинув пивные кружки и блюдо с обглоданным остовом курицы. Мы с Сорве сунулись поближе — посмотреть, — и стукнулись лбами. А Хальма выставила острые локти, посмотрела бешеными глазами и сказала: "Брысь!" И мы отодвинулись немножко.

Читать дальше →